Охота за трастом Ашота Егиазаряна, или банкротное дело Виталия Смагина
Часть 3

16.07.2021

Уже прочитали более 1 505 раз


Всем привет!

Продолжаем цикл статей, описывающих процедуру банкротства известного в определенных кругах «миллиардера» Виталия Смагина. Первую статью можно прочитать тут. Ссылка на вторую вот. Сегодня я обещала рассказать Вам о ссоре должника и его делового партнера, бывшего депутата Мосгордумы Ашота Егиазаряна, ставшей одним из отправных пунктов в цепочке множества судебных разбирательств, которые затронули и нас, о чем также поведаю в свой черед))). Поехали?!

Чтобы рассказать эту историю я воспользуюсь двумя источниками, которые, разумеется, приложу к данной статье: судебным актом по уголовному делу в отношении Ашота Егиазаряна, возбужденному по заявлению Виталия Смагина, и решением Лондонского международного арбитражного суда (LCIA). Оба текста описывают одни и те же события (с некоторыми разночтениями, куда же без этого))), т. е. присвоение Ашотом Егиазаряном и его доверенными лицами 460-ти бездокументарных акций (20 %) ЗАО «Центурион Альянс» (ЦА), принадлежащих Виталию Смагину.

Итак, в 2010 г. Виталий Смагин (физическое лицо, которое в настоящий момент находится в процедуре реструктуризации задолженности в рамках дела о банкротстве, и чьим финансовым управляющим назначен мой друг и коллега Евгений Ратников) одновременно инициирует уголовный процесс в России, обвиняя своего бывшего делового партнера по проекту МТК «Европарк» Ашота Егиазаряна в мошенничестве в особо крупном размере, и арбитражный процесс в Лондоне, с требованием компенсации за нанесенный ему ущерб в размере стоимости утраченных 20% акций ЦА (72 243 000 долларов + проценты).

Заранее отмечу, что оба процесса Смагин выиграл: в РФ Егиазарян признан виновным в мошенничестве в особо крупном размере со сроком лишения свободы на семь лет, тогда как решение Лондонского арбитражного суда обязало беглого преступника из РФ, проживающего теперь в США, выплатить «потерпевшему» рейдеру Смагину вышеозначенную сумму. Однако стоит иметь в виду, что, обращаясь к судебным решениям за «фактами», мы имеем дело с хорошо подготовленными юристами позициями сторон, где за правду в большинстве случаев принимается та версия, которую суд счел верной… Все как в жизни: история пишется победителями)))).

Еще один момент: поскольку текст нашего уголовного дела сложен даже для восприятия юристов по уголовке, я в большей степени буду пользоваться материалами LCIA, поскольку структура изложения конфликта расписана высоким судом Лондона четче, а материал, подчеркиваю, дублируется.

Почему суд проводился в Лондоне?

Смагин и Егиазарян – граждане РФ, поэтому вопрос юрисдикции занимает не последнее место как в тексте решения LCIA, так и в возражениях Егиазаряна, к слову сказать, проживающего в Беверли-Хиллз (шт. Калифорния).

А дело тут вот в чем: в своем прошении об арбитражном разбирательстве от 26 октября 2010 г. истец сослался на арбитражные оговорки двух соглашений. Эти оговорки идентичны и содержат пункты о том, что если в случае возникновения каких-либо разногласий, споров или претензий стороны не смогут разрешить их путем переговоров, то по письменному заявлению любой из сторон такой спор подлежит передаче на рассмотрение в арбитраж в соответствии с Регламентом Лондонского международного арбитражного суда.

Ну, вроде все, можно переходить к конфликту)))

Как Ашот Егиазарян кинул Виталия Смагина

В начале 2000 г. истец (он же «потерпевний» в рамках уголовного дела РФ, он же «должник» и «ответчик» в деле о банкротстве гражданина, он же Виталий Смагин))), вместе с двумя партнерами, начал строительство торгового комплекса «Европарк». Проект реализовывался через компанию «Центурион Альянс». Однако в 2002 г. деловые партнеры истца выразили желание выйти из проекта. Тогда Смагин связался с Ашотом Егязаряном и г-ом Гаркушей, которые были заинтересованы в инвестировании средств в «ЕвроПарк».

29 августа 2003 г. Смагин, Гаркуша и группа из четырех российских компаний, принадлежащих Ашоту Егиазаряну, заключили соглашение (Соглашение от 2003 г.), регулирующее, помимо прочего, распределение прибыли от деятельности комплекса «ЕвроПарк». Какое-то время стороны соглашения успешно сотрудничали. Торговый комплекс «ЕвроПарк» был завершен в мае 2005 г. и, после неудачного начала своей работы, был снова открыт в январе 2006 г.

По словам Смагина, Ашот обратился к нему в 2006 г. с просьбой об использовании торгового центра «ЕвроПарк» в качестве обеспечения по кредиту, который он пытался получить в «Дойче Банке», на финансирование реконструкции гостиницы «Москва». Егиазарян заверил истца в том, что риск нарушения кредитного договора фактически отсутствует, в результате чего Смагин согласился передать акции компании ЦА в качестве обеспечения по кредиту «Дойче Банку».

Для этих целей состав собственников МТК «ЕвроПарк» пришлось изменить согласно указаниям «Дойче Банка». Собственность компании «Центурион Альянс» была передана кипрской компании «Доралин», которой, в свою очередь, владела компания «Тафтс», зарегистрированная на Британских Виргинских островах. Акционерами компании «Тафтс» являлись подконтрольная Егиазаряну компания «Kalken Holdings Limited» (второй ответчик по иску Смагина в лондонском арбитраже) с долей участия, равной 73%, Смагину принадлежали все те же 20% акций, а г-ну Гаркуше – 7%, что отражало их доли участия в ЦА.

26 декабря 2006 г. Смагин, Гаркуша и «Kalken Holdings Limited» заключили между собой Акционерное соглашение в отношении компании «Тафтс» (текст документа содержал арбитражную оговорку, о которой я говорила выше!!). По словам истца, Акционерное соглашение имело целью защитить право собственности Смагина на долю в МТК «Европарк», если кредит не будет выплачен в течение года, как обещал Егиазарян. Более того, стороны договорились, что в качестве гарантий Смагину акции Егиазаряна в компании «Тафтс» будут переданы на временное хранение в «Дойче Банк». Таким образом, если бы Егиазарян не выплатил кредит на реконструкцию гостиницы «Москва», истец получил бы право на депонированные акции по Договору условного депонирования, подписанного акционерами компании «Тафтс» и банком (договор условного депонирования также содержал арбитражную оговорку!!).

Итого: акционерное соглашение 2006 г. и договор условного депонирования 2007 г. обеспечивали Смагину получение депонированных акций компании «Тафтс», которые он имел право продать (также как и акции компаний «Центурион Альянс» и/или «Европарк») для погашения кредита «Дойче Банка» и возвращения своих инвестиций. Едем дальше!

По словам Смагина, вскоре после подписания акционерного соглашения и договора условного депонирования, ему стало известно о том, что «Kalken Holdings Limited» не переданы акции «Тафтс» на депонирование. Тогда Смагин и Егиазарян заключили залоговое соглашение, которым Ашот принял на себя обязательство защитить и сохранить долю Виталия в МТК «Европарк», гарантируя следующее:

- Смагину могут быть переданы акции компании «Тафтс»;

- состав собственников МТК «Европарк» останется неизменным, т.е. компания «Тафтс» останется владельцем «Европарка».

Тем не менее, в 2008 г. кредит «Дойче Банку» выплачен не был, а акции компании «Тафтс» на депонирование не переданы. 03 марта 2008 г. между Смагиным и Егиазаряном было заключено еще одно соглашение, на сей раз о партнерстве. По словам истца, в связи с тем, что Ашот не смог выплатить кредит в полном объеме, Смагин согласился оставить «Европарк» (посредством акций в компании «Тафтс») в залоге для обеспечения возврата кредитных средств в обмен на увеличение доли его участия в компании «Тафтс» до 50 %.

Соглашение 2008 г. включало арбитражную оговорку следующего содержания: если Ашот Егиазарян не выполнит своих обязательств, Смагин вправе подать иск против ответчика в Лондонский международный арбитражный суд, и требовать, помимо прочего, наложения ограничений на использование собственности (акций компаний «Тафтс», «Европарк» и т.д.), а также возмещения убытков.

Как ни крути, но акции компании «Тафтс» никогда не передавались на счет условного депонирования. Более того, 20 ноября 2009 г. в устав компании были внесены изменения, которые позволяли отстранить ее директора от должности простым большинством голосов. Таким образом, Смагин был отстранен от должности директора компании «Тафтс», а вместо него был назначен представитель компании «MPH Law Services» (черт его знает, что это за компания, однако ее представитель директором стал))).

В начале 2010 г. компания «Тафтс» передала свои акции в компании «Доралин» компаниям «Investments Limited» и «Famulatus Limited». И в результате этой передачи Смагин потерял свою долю владения и контроль над МТК «Европарк».

Таким образом, исковые требования Смагина основываются на четырех соглашениях:

- соглашение от 2003 г., не содержащее арбитражной оговорки;

- акционерное соглашение от 2006 г.;

- договор условного депонирования от 2007 г.;

- соглашение о партнерстве от 2008 г.

Каждое из этих соглашений было рассмотрено LCIA отдельно. Но мы с Вами обсудим только последнее.

Соглашение от 2008 г.

По словам Смагина, соглашение 2008 г. содержало в себе:

- обязательство по сохранению структуры собственности МТК «Европарк»;

- обязательство по обеспечению защиты и сохранности доли владения Смагина;

- обязательство по соблюдению условий Акционерного соглашения и Договора условного депонирования;

- обязательство зачислять на счет истца причитающуюся ему прибыль по соглашению от 2003 г.;

- увеличение доли участия Смагина в МТК «Европарк» до 50%;

- а также гарантировало то обстоятельство, что документы, относящиеся к компаниям «Тафтс» и «Доралин», могут подписываться только совместно Смагиным и Егиазаряном.

Позиция Егиазаряна заключалась в следующем:

- подпись на Соглашении 2008 г. была подделана, в подтверждение чего ответчик предъявил экспертное заключение графолога;

- переписка с юристами компании «Herbert Smith», связанная с якобы имевшим место заключением соглашения 2008 г., также доказывает, что между сторонами не было достигнуто окончательной договоренности;

- даже если бы Соглашение 2008 г. не являлось поддельным, оно никогда не выполнялось и не имело законной силы. Соглашение представляло собой договор о намерениях или принципиальную договоренность, и оба этих варианта не являются исполнимыми в принудительном порядке, согласно законодательству Англии. В нем также не было согласовано несколько ключевых вопросов (например, в пункте соглашения 2008 г. о заключении нового договора условного депонирования, период времени, в течение которого предполагалось выполнение данного условия, не указан, и, следовательно, не может быть нарушен), а значит соглашение не является обязательным для выполнения.

Итого:

Соглашение 2008 г. никогда не заключалось, и никакие обязательства по соглашению не выполнялись ни одной из сторон. Тот факт, что соглашение никогда не исполнялось, является доказательством того, что оно не считалось документом, имеющим обязательный характер.

Позиция суда:

1. Учитывая, что оригинал соглашения от 2008 г. в материалы дела представлен не был в связи с уголовным разбирательством в РФ, подтвердить или опровергнуть подлинность подписи Егиазаряна, ссылаясь на экспертные заключения сторон, было бы странно, ведь эксперты Ашота в один голос утверждали, что подпись подделана, тогда как эксперты Виталия Смагина полагали обратное.

Однако некая Екатерина Мымрикова, эксперт со стороны истца, по ее словам, обладала доступом к оригиналу соглашения, а также более чем к 20 оригинальным образцам подписи Егиазаряна, в результате чего пришла к выводу, что подпись под Соглашением 2008 г. является подлинной подписью ответчика.

Откуда взялась эта Мымрикова, и почему ей поверил суд – я не знаю... Однако, не имея доступа к оригиналу соглашения, заключение госпожи Мымриковой было расценено судом, как убедительное доказательство того, что подпись Егиазаряна является подлинной.

2. Тот факт, что условия соглашения 2008 г. никогда не выполнялись указывает скорее на нарушение договора, чем на то, что соглашение является юридически обязывающим и исполнимым.

3. Суд отметил, что представленный ему экземпляр Соглашения 2008 г. имеет множество написанных от руки комментариев и связанных с этим вопросов, однако, по мнению Суда, это не означает, что остальные положения не являются обязательными для исполнения.

4. Суд также соглашается с позицией истца в том, что Егиазарян взял на себя обязательства соблюдать условия Акционерного соглашения и Договора условного депонирования. А значит был обязан передать акции «Kalken Holdings Limited» на депонирование. Чего не произошло.

5. Ашот Егиазарян также должен был соблюсти обязательство права подписи (документы, относящиеся к компаниям «Tufts» и «Doralin» должны были подписываться только Смагиным и им самим).

6. Он не обеспечил защиту и сохранность доли участия Смагина в акционерном капитале через сохранение структуры собственности компании ЦА/«ЕвроПарк», чтобы Истец мог через свое участие в компании «Тафтс» сохранить долю в МТК «ЕвроПарк».

7. Суду очевидно, что целью Акционерного соглашения и Договора условного депонирования была защита структуры собственности МТК «Европарк» и, соответственно, доли участия в акционерном капитале компании «Тафтс», которая была конечным косвенным владельцем «Европарка». Суд также убежден, что Соглашение 2008 г. было специально предназначено для защиты доли участия Истца в МТК «Европарк» (это следует из анализа Преамбулы Соглашения 2008 г., где подробно описана структура собственности/распределения акций). А если структура собственности «Европарк» не была сохранена, то защита, которая должна была быть предоставлена Истцу, является иллюзорной.

Нарушил ли Егиазарян соглашение 2008 г.?

• Акции компании «Тафтс» никогда не передавались «Дойче Банку» на депонирование;

• Обременения не были сняты к 13 декабря 2008 г. и действуют до сих пор;

• Структура собственности комплекса «ЕвроПарк» была в одностороннем порядке и тайно изменена, в результате чего компания «Доралин» и, соответственно, ЦА и МТК «ЕвроПарк» были проданы компании «Ташир» и Ашоту Егиазаряну через их компании «Mastero» и «Famulatus»;

• Далее Ашот Егиазарян и компания «Ташир» заключили сделку о переходе к ним контроля над «ЕвроПарком» и полностью исключили Смагина из состава собственников.

На основании представленных доказательств Суд Лондона посчитал, что Ашот Егиазарян нарушил условия Соглашения 2008 г. в результате чего Истец утратил свою долю в торговом комплексе «ЕвроПарк».

Таким образом, LCIA вынес следующее решение:

Ашот Егиазарян и «Kalken Holdings Limited» должны нести солидарную и индивидуальную ответственность за понесенные Виталием Смагиным убытки (72 243 000 долларов США + % + компенсацию судебных издержек и расходов).

О том, что произошло дальше я расскажу в следующей статье))))).
Мы ценим время и доверие наших клиентов! Высокая квалификация и ежедневная судебная практика позволяет нам делать невозможное. Приглашаем вас на экспертную консультацию! Стоимость 10 000 руб. Встречу проведем в офисе, по телефону, WhatsApp, Skype.
Мы работаем по всей России!

Вам будет интересно
Мы используем cookie. Это позволяет нам анализировать взаимодействие посетителей с сайтом и делать его лучше. Продолжая пользоваться сайтом, вы соглашаетесь с использованием файлов cookie.
OK